Загрузка...

Цитата

Лицом к лицу лица не увидать -
Большое видится на расстояньи. (С.А.Есенин)

Рекомендуем

Филфак Библиотека Рефераты Проблема террора в повести "Щепка" Владимира Зазубрина. Образы красноармейцев



Проблема террора в повести "Щепка" Владимира Зазубрина. Образы красноармейцев

19.12.2016 00:06

О красном терроре рассказывается и в повести “Щепка” Владимира Зазубрина (настоящее имя - Владимир Яковлевич Зубцов). Родился писатель в Пензе, в семье железнодорожного служащего 6 июня 1895 года. В 1907 году семья Зубцовых переезжает в Сызрань. В мае 1918 года, во время чешского мятежа, будущий писатель был мобилизован в белую гвардию. Учился затем в Иркутском военном училище. Осенью 1919 года вместе со своим взводом перешел на сторону сибирских партизан. Затем долгое время работал в журнале “Сибирские огни”. Зазубрин - автор популярного в свое время романа “Два мира” (1921), названный В.И. Лениным “очень страшной, жуткой книгой, но нужной и хорошей”. Неизвестно, по какой причине Зазубрин попал в число неблагонадежных. Расстрелян в 1938 году.

Повесть “Щепка” написана в 1923 году, но опубликована лишь в 1989 году. Книгу Зазубрина правильнее будет рассматривать в контексте произведений “Мы” Е. Замятина, “Красное дерево” и “Повести непогашенной луны” Б. Пильняка, ‘‘Котлован” и “Чевенгур” А.Платонова, “Собачье сердце” М. Булгакова. Для всех названных писателей характерно внимание к общечеловеческим проблемам, к огромному потенциалу, заложенному в характере отдельной личности, а также к явлениям социальной жизни, не позволяющим этот потенциал реализовать.

Публикация “Щепки” значительно расширила представление читателей о жизни советского общества 20-х годов. В. Зазубрин обстоятельно показывает работу губернской чрезвычайной комиссии. Поражают сцены истребления сотен людей. Крупным планом показано пятеро красноармейцев - Ефим Соломин, Ванька Мудыня, Семен Худоногов, Алексей Боже, Наум Непомнящих. Для них расстреливать людей (пленных, саботажников и других разных прочих) ничего не стоит, они привыкли к своей работе и выполняют ее, как хорошо заученное механическое дело. Впрочем, расстреливаемые для них не люди, а враги. Расстреливают по-разному: кто с улыбкой и явным удовольствием, кто с яростью, а кто с полным безразличием. Алексей Боже томится без “работы”, не любит он перерыва, может быть, потому, что, оставшись наедине с собой, боится угрызений совести.

Ванька Мудыня в отличие от товарищей начал пить, так как ему стал мерещиться убитый им брат Андрей. “Тысячу человек расстрелял, - признается он, - ничего, не пил. А как брата укокал, так и пить зачал. Мерещится он мне. Я ему - становись, мол, Андрюша, а он - Ваньша, браток, на колени... Эх... кажну ночь мерещится”.

А вот Ефим Соломин - человек рассудительный, с крестьянской психологией, неторопливый и доброжелательный. Герой всегда чувствовал себя свободно и легко: “Он знал твердо, что расстреливать белогвардейцев так же необходимо, как необходимо резать скот. И как не мог он злиться на корову, покорно подставляющую ему шею для ножа, так не чувствовал он злобы по отношению к приговоренным, повертывавшимся к нему открытыми затылками”. Он и к жертвам своим относился ласково, как хозяин к скотине: “Не бойтесь, дорогая моя. Не бойтесь, красавица моя. Мы тебе ничего не сделаем”. После чего раздавался смертельный выстрел. “А чего их дражнить и на них злобиться? - рассуждает он. - Враг он кады не пойманный. А туто-ка скотина бессловесная. А дома, кады по крестьянству приходилось побойку делать, так завсегда с лаской”.

В повести не показаны пытки, избиения. Но даже и без натуралистических описаний допросов жутко становится от “мирной” работы чекистов. Кто придумал эти расстрелы людей? Белых уничтожают или красных - какая разница? Больно и страшно оттого, что так поступают с людьми.

Проблема террора вырастает в грандиозный аллегорический образ: “Окровавленными зубами пены грызет кирпичные берега красная река. Вереницей плывут белоствольные плоты. Каждый из пяти бревен. На каждом пять чекистов. С плота на плот перепрыгивает Срубов, распоряжается, командует”. Постепенно террор приобретает массовый характер, пятеро чекистов не могут справиться с приговоренными к смерти обычными средствами. Появляется специально для этого сконструированное механическое сооружение: “Видит Срубов во сне огромную машину. ..Ив самом низу, у колес вертятся блестящие диски- ножи. Около них сослуживцы Срубова - чекисты. Вращаются диски в кровавой массе”. Страшная картина...

Похожие материалы: