Загрузка...
Филфак Главы С. Нариньяни - Жив курилка



С. Нариньяни - Жив курилка

09.04.2011 23:25

Дом, в котором находится районный комитет физкультуры, расположен на сильно пересеченной местности, и попасть в него можно только с помощью кросса, преодолев два мусорных ящика, три лестницы без ступенек и темный коридор с щербатым полом.
Тот, кто благополучно преодолевал все эти препятствия, упирался в разбитую дверь с довольно загадочной надписью:
К.....ет
Пр......
Б......ва.
Для того чтобы расшифровать эту надпись, не нужно было приглашать ученых-лингвистов. Следовало только вооружиться тряпкой, промыть табличку горячей водой, и каждому становилось ясным, что перед ним:
Кабинет
Председателя
Билимбасова.
Человеку, которому нужно было войти в «к .... ет  пр..... Б . . . ва», должен был, кроме тряпки, захватить с собой хорошую метелку, чтобы расчистить себе дорогу среди пыли и вороха всякого хлама к столу самого председателя.
Нужно было иметь незаурядные способности, чтобы довести в общем не плохое помещение комитета физкультуры до такого жалкого состояния. Но мы не станем устраивать субботников в чужом кабинете, а лучше расскажем о разговоре, который произошел у нашего корреспондента с товарищем Билимбасовым.
- Насчет спортивной работы не беспокойтесь. Это дело стоит у нас в районе на высоком уровне,- с первых же слов постарался заверить корреспондента председатель Билимбасов.
- А физкультурники у вас есть?
- Как же, имеются.
- И много?
Билимбасов высунулся в окно и крикнул куда-то вниз:
- Лева, сколько у нас физкультурников? Снизу ответили.
- Четыреста пять,- отрапортовал Билимбасов
- А сколько значкистов?
- Семьсот пятьдесят,- наотмашь отрезал председатель и добавил: - И все второй ступени.
- Как же так случилось? Значкистов у вас в два раза больше, чем физкультурников?
- Не верите?- Билимбасов снова свесился в окно.
- Лева,- крикнул он,- сколько у нас значкистов? Лева ответил.
-  Я ошибся,- сказал председатель, оборачиваясь в сторону нашего корреспондента.- Лева говорит, значкистов у нас в районе всего сто семьдесят пять.
- Вы что, новый человек в комитете?
- Да нет,- ответил Билимбасов.- В этом районе я paботаю уже третий год. Просто у меня память плоха на цифры.
Но память у Билимбасова была плоха не только на цифры.
- А футболисты у вас есть?
- Как же, знаменитые люди. Пятью ударами десять шаров кладут в лузы.
- В какие лузы?
- Лева,- крикнул Билимбасов,- куда футболисты кладут шары?
Снизу ответили и на этот вопрос.
-  Ах, да,- поправился Билимбасов.- Не в лузы, а в ворота.
-  А кто этот Лева?- заинтересовался корреспондент.- Ваш заместитель?
- Какой заместитель. Так, соседский мальчик.
- Почему же Лева знает о спортивной жизни больше председателя?
- Как почему? Бегает по стадионам и знает.
- А вы разве не бываете на стадионах? Билимбасов обиделся.
- Что я, мальчик, что ли?
Этот анекдотичный разговор был в свое время описан на страницах молодежной газеты, и через две недели на тех же страницах в разделе «По следам наших выступлений» было напечатано решение республиканского комитета по делам физкультура и спорта: «Факты подтвердились. Билимбасов с работы снят»
Как будто бы все. Ан нет. У спортотдела республиканского комитета поначалу были весьма решительные намерения. Не только снять негодного работника, но и навсегда распроститься с ним, направив его в распоряжение коммунхоза. Чем черт не шутит, может быть, этот самый Билимбасов будет более полезным человеком на посту заведующего баней или кладовщика прачечной. Но отдел кадров запротестовал. Как-де так, председателя и вдруг в кладовщики. Это, мол, не по субординации. По субординации провалившихся председателей должно якобы посылать только на учебу. Для этого при республиканском комитете заведены даже краткосрочные руководящие курсы.
И так как в отделе кадров республиканского комитета работали более настойчивые люди, чем в спортотделе, то мы были лиены возможности увидеть Билимбасова на стезе банно-прачечного дела, и он навсегда остался деятелем физкультдвижения. И вот, путешествуя в начале этого года по южным районам страны, нашему корреспонденту вновь после десятилетнего перерыва довелось увидеть Билимбасова на почетном председательском стуле, только теперь уже не в районном комитете физкультуры, а в областном.
- Жив, значит, Курилка! Ну и как, вы довольны им?- спросил корреспондент.
- О да!
Первый секретарь обкома комсомола был в восторге от Билимбасова.
- Еще бы! Благодаря Билимбасову,- говорил он,- наша область все последние годы прекрасно выступает на соревнованиях.
- У вас что, много хороших спортсменов?
- В том-то и дело, что нет. Спортсмены у нас слабые, а вот места они занимают в соревнованиях хорошие.
И в самом деле. Кабинет первого секретаря обкома комсомола был наполнен призовыми кубками. Два были от спортобщества «Трудовые резервы», три - от «Молнии», четыре - от «Колхозника», пять - от «Металлурга».
- Простите, разве у вас в области есть металлургические заводы?
- Нет.
- Откуда же у вас взялись спортсмены-металлурги?
- Как откуда? А база утильсырья «Вторчермета»!
- Да, но ведь на этой базе работает всего два с половиной старичка. Как же они сумели завоевать столько призов по легкой атлетике?
- О, вы не знаете нашего Билимбасова. Он сильно изменился за последние десять лет. Сходите к нему, познакомьтесь.
И наш корреспондент пошел. В тот день кабинет председателя областного комитета был заполнен студентами. Студентам нужно было выезжать на республиканские соревнования, а их вернули назад чуть ли не с вокзала. Студенты прибежали к председателю.
- В чем дело?
А председатель, как и десять лет назад, свесился в окно и крикнул:
- Лева!
И Лева ответил. Только уже не со двора. На этот раз Лева чинно вошел в кабинет председателя и приготовился к рапорту. Зто был все тот же соседский мальчик, но уже не в коротеньких штанишках, а в новом модном костюме. За десять прошедших лет Лева вытянулся, вырос и превратился из информатора-любителя в штатного консультанта при председателе Билимбасове.
Билимбасов и прежде, будучи в районе, не отличался трудолюбием, но за время работы в области он и вовсе обленился.
- Лева, доложи... Лева, подумай...- только и слышалось из кабинета председателя.
И Лева докладывал и думал вместо председателя. Вот и сейчас.- Лева, объясни. По какой причине я отменил поездку студентов на соревнование.
И Лева объяснил:
- Наши студенты не имеют никаких шансов на призовые места.
- Почему?- зашумели студенты.
- Потому что все вы третьеразрядники, а из других областей приедут студенты с показателями второго и первого разрядов.
- Но у нас уже куплены железнодорожные билеты.
- Я учел это обстоятельство,- сказал Билимбасов, а Лева добавил:
-  Ваши билеты не пропадут. Вместо вас областной комитет посылает на вузовские соревнования команду «Локомотива». У железнодорожников есть три второразрядника и один перворазрядник.
- Но у железнодорожников нет ни одного студента.
- Не важно. Ректорат обеспечивает по нашей просьбе всех железнодорожников форменными студенческими билетами.
Билимбасов сказал и передал своему консультанту пачку синих книжечек:
- Лева, вручите.
Лева пригласил в кабинет спортсменов-железнодорожников и вручил: Мише Веткину билет студента-биолога, Юре Волкову - студента-географа, Васе Тертишному - студента-филолога. А у Васи вместо высшего образования - незаконченное низшее. Вместо слова «сквозь» этот филолог говорил «скрозь». Вместо «скользко» - «склизко». Любимым выражением Васи было таинственное и непонятное «Ё-моё».
- Липа, а не филолог,- возмущались студенты.
- Не важно,- отвечали им работники областного комитета,- зато Вася бегает стометровку резвее одиннадцати секунд.
И в то время как липовые студенты ехали с чемоданами на вокзал, настоящие продолжали шуметь и протестовать в кабинете Билимбасова:
- Мы старались, тренировались - и все зря.
- Нет, не зря,- сказал Лева.- Товарищ Билимбасов посылает вашу команду на соревнование общества «Колхозник». Это общество молодое. Квалифицированных спортсменов у них нет, так что вы со своим третьим разрядом наверняка заберете у доярок и животноводов все их призы.
- Ой,- испуганно вскрикнула Лялечка Козельская.- Я ни разу в жизни не была в деревне и не знаю, что делают животноводы.
- Ну, это как раз понятно. Животноводы кормят животных сеном и убирают за ними гуано,- сказала вторая Лялечка, с географического отделения, которая тоже никогда не бывала в деревне и знакомилась с сельскохозяйственной терминологией лишь по детским радиопередачам.
Но не всегда железнодорожники так легко соглашались быть филологами, а филологи выступать на беговой дорожке под видом доярок и животноводов. Спортсмены часто устраивали Билимбасову скандалы.- Это жульничество!
- Нет, не жульничество,- говорил Билимбасов, а Лева пояснял :
- Жульничество - это когда  спортсмены одной области выступают за спортсменов другой. А мы составляем команды только из своих. А это уже не жульничество, а умелое маневрирование наличными силами.
Работа с Билимбасовым не прошла даром для его консультанта. Милый соседский мальчик за прошедшие десять лет перестал быть милым. Он послушно делал то, что хотелось председателю. А тот требовал одного:
- Выигрывайте у слабых и не связывайтесь с сильными. Именно поэтому областной комитет никогда не посылал своих спортсменов на междуведомственные соревнования.
- Там  «Буревестник»,  «Наука»,  «Динамо»,  «Спартак»... Нашим с ними не сладить.
- Но ведь ваши могут у них поучиться.
- А кубки?
Билимбасову нужны были кубки, чтобы числиться на хорошем счету и в обкоме комсомола и в облисполкоме. Именно поэтому-то он и заставлял Васю Тертишного бегать в августе за студентов-филологов, а в мае сбривал этому филологу усы и посылал его с билетом ученика 9-го класса на соревнование спортсменов-школьников. И если бритый подбородок этого ученика смущал работников Министерства просвещения, Билимбасов говорил :
- О, это вы напрасно. А ну, Вася, скажи тете-начальнице, сколько тебе лет?
- Забыл, ё-моё,- отвечал Вася.
У тети-начальницы память была лучше. Она вспомнила, что прошлой весной на соревновании общества «Металлург» ей уже приходилось слышать «ё-моёканье». Но только не от школьника, а от сборщика утильлома. Тетя-начальница подняла шум, и фальшивый школьник был с позором изгнан со стадиона.
Казалось, вместе с Васей должен был быть призван к ответу и председатель областного комитета физкультуры. Но у председателя нашлись защитники.
- Билимбасова не стоит наказывать, он многое сделал, чтобы поднять спортивную работу в нашей области,- сказал первый секретарь обкома комсомола.
И сказал искренне, так как этот секретарь, к сожалению, ничего не понимал в спорте.
А Билимбасов не поднял, а угробил спортивную работу. Именно поэтому мы и не увидели этого председателя в Лужниках на торжественном марше участников Спартакиады народов СССР. Перед нашими глазами прошел весь Советский Союз: Москва, Ленинград, Киев, Баку, Минск, Ростов, Свердловск, Харьков, Ташкент... Мы увидели тысячи легкоатлетов, борцов, пловцов, стрелков, футболистов. И среди них не было ни одного билимбасовского воспитанника. Вася Тертишный? Так и этот быстроногий, но слабохарактерный Вася уехал два года назад с юга на север, лишь бы быть подальше от Билимбасова. Вася выступал на Спартакиаде, но не от города, в котором родился и который так не по-отечески отнесся к его спортивным способностям, Вася вышел на старт вместе со своими новыми друзьями, которые учили его, помогли стать мастером.
То, что Билимбасов не был участником парада, очень хорошо. Но вот беда, мы увидели этого деятеля на трибуне нового стадиона рядом с другими спортивными работниками, с теми, которые не ловчили в спорте, а работали и воспитывали спортсменов. Ох, если бы Билимбасов перенял у своих соседей хоть толику доброго, хорошего. А то ведь он смотрел на беговую дорожку и комбинировал, как бы ему вновь помириться с Васей Тертишным. Ведь Вася - это новые призы, кубки.
- А что, если мы пообещаем ему отдельную комнату,- спрашивал Билимбасов Леву,- поедет он к нам обратно?..
- Вряд ли! Вася теперь комсомолец, учится в техникуме.
- Ё-моё. Тогда надо пообещать ему две комнаты... Наша печать посвящает Билимбасову уже второй фельетон.
А что, если и по этому второму Билимбасова снова снимут и снова пошлют на учебу?
А может, на этот раз нарушить традицию и послать Билимбасова прямо в кладовщики?