Загрузка...

Рекомендуем

Филфак Главы C.М.Бондаренко "Урок..." - Смеха ради



C.М.Бондаренко "Урок..." - Смеха ради

03.12.2010 15:08

В школах, которые я знаю, по-моему, мало смеются. Многое, что можно было бы выучить смеясь, учат со слезами — горькими и бесполезными.

Джанни Р о д а р и

Где-то на задворках педагогического процесса пробиваются сквозь толстые пласты серьезности, деловитости и просто скуки крохотные, слабые ростки юмора.

Не приходилось ли вам присутствовать на уроках, где «проходят» Коробочку, Собакевича, не замечая, не чувствуя ни одной смешной фразы? Сколько людей выносят из школы убеждение, что «Мертвые души» — скучная книга!

Бывают и такие прискорбные факты: дети чувствуют юмор, а учитель борется с этим.

Молоденькая учительница читает десятиклассникам отрывки из поэмы «Хорошо!» И вот звучит знаменитое

Не домой,

не на суп,

А к любимой

в гости

две

морковинки

несу

за зеленый хвостик.

Лица учеников озаряются улыбками: юмор поэта оценен ими по достоинству. Заметив улыбки, учительница хмурится и серьезно объясняет: «В морковке есть витамины, они необходимы для здоровья, и нечего тут улыбаться».

Не менее поразительный случай пришлось наблюдать автору на уроке другой молодой учительницы, читавшей старшеклассникам «Во весь голос». Когда прозвучала фраза: «Кудреватые Митрейки, мудреватые Кудрейки — кто их к черту разберет!» — и класс дружно захохотал, учительница обиженно заявила: «Кудрейкин и Митрейко — это фамилии, и ничего смешного тут нет».

Наверное, самая большая беда этих учительниц даже не в том, что у них нет чувства юмора, а в том, что проявление этого чувства у подростков вызывает у них враждебную реакцию. «...Смотреть на веселый дух школы, как на врага, как на помеху, есть грубейшая ошибка, которую мы слишком часто делаем», — писал Л. Н. Толстой.

В умелых руках веселое, смешное — не враг, а надежнейший друг прочного усвоения и глубокого понимания учебного материала. Те школьники, для которых «Мертвые души» — «скучища», забывают гоголевскую поэму, как только сдают экзамены, с той неотвратимой закономерностью, с которой, по выражению В. Леви, происходит удивительно упорное выталкивание из памяти ученика неинтересного, но обязательного материала. Но те, кто ощутил всю прелесть того, что «почтмейстер выразил на лице своем мыслящую физиономию», что Ноздрев был среди собак «совершенно, как отец среди семейства» и что Собакевич «пристроился к осетру» и «в четверть часа с небольшим доехал его всего», — будут читать, перечитывать и цитировать Гоголя с таким же удовольствием, с каким перечитываются и цитируются обойденные школой Ильф и Петров. Русская литература — настоящая сокровищница юмора, и как обделяют себя те, кто равнодушно проходит мимо этих сокровищ!

Научить школьников понимать и чувствовать смешное — педагогическая задача огромной важности. «...Это задача немалая, — писал К. И. Чуковский,— воспитать в ребенке юмор — драгоценное качество, которое, когда ребенок подрастет, увеличит его сопротивление всякой неблагоприятной среде и поставит его высоко над мелочами и дрязгами».

Если учитель сам чувствует юмор и может донести его до детей, атмосфера интереса на уроке обеспечена. Учитель, не обладающий необходимым артистизмом, может «пригласить на помощь» мастеров художественного слова, использовав для этого пластинки, магнитофонные записи (например, «Кому на Руси жить хорошо» в исполнении Д. Орлова).

А как же быть с учебными темами, которые сами по себе не содержат ничего, что могло бы вызвать улыбку? К ним можно подобрать такой иллюстративный материал, который бы эту улыбку вызвал.

Например, в правилах, предписывающих выделять прямую речь кавычками, нет ничего интересного и тем более веселого. Но можно построить самые живые и веселые уроки, если только собрать обучающие тексты к этим правилам примерно такого характера.

«Трудно ли бросить курить?» — спросили американского писателя-юмориста Марка Твена. — «Совсем не трудно, — ответил Марк Твен, — я раз сто бросал».

Один высокомерный помещик решил потешиться над ветеринаром и спросил его: «Вы и есть доктор для скотины?» — «Да, я, — спокойно ответил тот, — а что у вас болит?»

Так попутно с изучением этого раздела грамматики учитель может провести своих питомцев через целую школу остроумия и находчивости.

Можно ли найти что-нибудь занятное или забавное в правилах правописания приставки пре? Посмотрим. Вот отрывок из детской радиопередачи «Радионяня»;

Предлинный достанет до крыши рукой,

Прежадный не даст вам конфету.

Кто очень такой или очень сякой,

Пре мы напишем об этом.

Как видите, можно.

Юмор — верный помощник учителя в борьбе с ошибками, особенно с нарушениями стилистических норм языка.

Комический эффект ошибок используют при обучении многие учителя. Такой эффект возникает в случае неправильного употребления слова («Когда Ленский увидел, что Ольга танцует с Онегиным, его как хоботом по голове ударило»), неправильного построения фразы («Возле клетки с павлинами стояла толпа зевак, которые распустили свои великолепные хвосты»), неправильной постановки знака препинания («На арену вышел дрессировщик, подняв хобот; за ним шел слон»).

Юмор — наш друг. Умный, уместный, добрый юмор поможет и понять, и запомнить, и, главное, полюбить предмет. А если у доски стоит сухой, неулыбающийся учитель и дети за партами киснут от скуки, то всем хочется одного — поскорей из школы и подальше от всего, чем там занимаются.

Ломоносов, воспитывая своего племянника, хотел, чтобы мальчик через учение счастлив был.

Мы сегодня знаем далеко не все, что нужно, чтобы нелегкий учебный труд делал детей счастливыми. Чем больше наука будет проникать в скрытые процессы мышления и творчества, тем более умело и уверенно будет школа воспитывать в детях жажду знаний, стремление к открытиям, любовь к активному умственному труду. Но и с тем, что наука и педагогическая практика знают сегодня, творчески работающий учитель может сделать очень много, чтобы окрасить школьную жизнь детей одним из самых прекрасных человеческих чувств — радостью познания.

ОГЛАВЛЕНИЕ