Загрузка...
Филфак Главы C.М.Бондаренко "Урок..." - "И старым бредит новизна"



C.М.Бондаренко "Урок..." - "И старым бредит новизна"

03.12.2010 14:49

Любая получаемая человеком информация интересна для него только тогда, когда в ней есть и новое и старое, уже знакомое.

Только новое, совершенно незнакомое, будет непонятным (например, разговор на чужом языке) и, следовательно, неинтересным. Только старое, без элемента новизны, не привлекает внимания. Новое, незнакомое интересно тогда, когда в опыте человека уже есть что-то такое, с чем это новое можно сопоставить.

Перегруженность урока новыми сведениями приводит к тому, что ребенок быстро утомляется и перестает эти сведения воспринимать.

Недостаточное же количество новой информации на уроке часто становится причиной «информационного голода» (проще говоря, скуки). Особенно страдают этим недостатком уроки русского языка, на которых вся новая информация может свестись к «жи, ши пишутся через и» или «деепричастный оборот выделяется запятыми с двух сторон».

Чем теснее связаны старые и новые знания, чем более четко увязываются они в единую систему, тем больше шансов, что учебный материал будет понятным и интересным.

Однако маловероятно, что это может происходить само собой, без усилий со стороны педагога.

В сознании школьников Некрасов — автор «Кому на Руси жить хорошо» редко объединяется а одно лицо с тем Некрасовым, которого они знали в детстве по «Деду Мазаю» и «Генералу Топтыгину», а выученные в седьмом классе «Железная дорогая и «Размышления у парадного подъезда» никак не связываются с лирикой, изучаемой в девятом классе. Девятиклассники не воспринимают создателя «Войны и мира» как автора «Прыжка» и «Акулы».

К. Д. Ушинский великолепно нарисовал картину таких разрозненных знаний: «...Понятия и даже идеи лежат в голове его такими мертвыми вереницами, как лежат по преданию оцепенелые от стужи ласточки: один ряд лежит возле другого, не зная о существовании друг друга, и две идеи, самые близкие, самые родственные между собой, могут прожить в такой, поистине темной голове десятки лет и не увидеть друг друга».

Разобщенность, несвязанность, отрывочность знаний не способствуют созданию глубокого познавательного интереса. Только тесная связь нового с ранее изученным может служить для такого интереса прочным фундаментом.

Поэтому перед введением новой учебной темы имеет смысл провести короткую беседу, мобилизующую знания, которые дети уже имеют по этому вопросу. Эта беседа будет особенно интересной и результативной, если учитель даст команду «свистать наверх» не только те знания, которые приобретались в предыдущих классах, но и те, которые детям удалось выловить из щедрых волн «потока информации», изливаемого телевидением, кино, радио и печатью, а также апеллирует к их собственным наблюдениям, собственному жизненному опыту. Тогда старые знания оживут, вольются в новые.

Формы привлечения старых знаний к освоению нового материала могут быть самыми разнообразными: выявление аналогичных ситуаций, сопоставление, противопоставление, прослеживание общих закономерностей, выделение новых сторон в известном, использование старых знаний в новых условиях, с новыми целями. Например, отец Чичикова учил Павлушу беречь и копить копейку. А чему учил отец Молчалина? А как напутствовал отец Петра Гринева? Сопоставление этих трех внешне аналогичных ситуаций позволит получить новый уровень знаний: поможет не только углубить характеристику каждого из персонажей, но и видеть различия между двумя типами дворянской морали и характерные черты морали нарождающегося в России капитализма.

Дуэль Печорина и Грушницкого может быть сопоставлена с дуэлью Онегина и Ленского. Сравнение поведения литературных героев в аналогичных ситуациях — великолепный материал для психологического анализа: совсем не жестокий Онегин убивает единственного друга, не сделав ни одного шага к примирению с ним, а холодный, «бессердечный» Печорин готов простить врага. Главное условие при проведении таких параллелей: школьники должны делать сопоставление сами, направляемые вопросами учителя. В процессе такой работы у учеников складываются важнейшие умения: вспомнить нужные знания, отобрать из них только те, которых требует поставленная задача, и активно, самостоятельно использовать для ее решения. Такая работа памяти не имеет ничего общего с механическим воспроизведением заученного. Припоминание, связанное с отбором, анализом и активным использованием знаний в новых условиях, — это сложный умственный труд. Удачи припоминания радуют человека, неудачи огорчают. В результате активизация «думающей», «ищущей» памяти приводит к значительному повышению интереса.

Обращение к старому «багажу» при получении новых знаний возможно не только внутри одного предмета. Так, при закреплении материала по русскому языку можно использовать грамматические задания, которые одновременно являются литературными играми. Такие игры могут быть разной степени трудности.

Возможен диктант-викторина, когда учащиеся не только проделывают необходимую грамматическую работу с каждым предложением, но и угадывают, откуда оно (например, диктант-викторина по теме «Обособленные приложения»: «Взойдет она, звезда пленительного счастья»; «Им, гагарам, недоступно наслажденье битвой жизни» и т. д.)

Более трудное задание — дописывание литературных примеров по памяти.

1. Допишите прямую речь.

Зовет меня взглядом и криком своим и вымолвить хочет...

Повсюду стали слышны речи...

И слышит шепот гордый вода и под, и над...

2. Допишите недостающие сравнения.

А он, мятежный, просит бури…

Любовь и дружество до вас дойдут сквозь мрачные затворы...

Умремте ж под Москвой...

Еще более трудное задание — самостоятельное припоминание примеров.

Вспомните и запишите слова с приложениями:

а) рожденные эпохой покорения космоса;

б) из басен Крылова «Квартет» и «Стрекоза и Муравей»;

в) из русских народных сказок.

Итак, использование старых знаний для приобретения новых, применение старых знаний в новых ситуациях, с новыми целями, активная работа «ищущей» памяти — надежные психологические механизмы интереса.

Большой интерес вызывают и новью «повороты» при рассмотрении давно известных понятий, их неожиданные, непривычные комбинации. Этот эффективный прием широко использован в уже упоминавшейся «Занимательной физике». Приведем еще несколько заголовков из этой книги; «Жидкий телескоп», «Суп из барометра».

Примером заданий, требующих применения старых знаний и умений в совершенно новых или сильно видоизмененных условиях, могут служить упражнения по синтаксису, разработанные Г. Г. Граник. Когда школьники овладевают каким-нибудь умением, например, определять, как расположены простые предложения в сложном — одно за другим или одно внутри другого, им предлагается выполнить такую же работу не с целыми предложениями, а с их частями. Например, определить по первым словам следующих сложных предложений, как расположены в них простые — одно за другим или одно внутри другого: «Тот сумеет...»; «Тот, кто..,»; «Дом стоял...»; «Дом, где...»

Умение видеть новое в известном, использовать старые знания в новых ситуациях и с новыми целями — одна из тех особенностей мышления, которые приводят к изобретениям и открытиям. Развитие этого умения а детях — важный путь формирования творческого мышления.

Обращаясь к интеллектуальному «багажу» детей, нельзя упускать из виду, что в этом «багаже» есть не только в школе приобретенные знания и не только учебные интересы. Марки, голуби, аквариумы, футбол, радиолюбительство, книги... Эти увлечения конкурируют, и подчас очень остро, со школьными обязанностями. Иногда мы пытаемся воевать с некоторыми из этих «конкурентов», чаще всего безрезультатно. Но есть и такой путь, как превращение «конкурентов» в друзей. Учитель может опереться на внешкольные интересы и увлечения детей при освоении нового учебного материала.

Над этой проблемой много работал известный московский педагог-словесник С. А. Гуревич. Хорошо зная интересы своих питомцев, он умело использовал эти интересы при изучении литературы в школе.

«Моя задача, —- писал Гуревич,— увлечь учением, перекинув прочный мостик, соединяющий личный духовный багаж ребят с тем, чему учим. Своеобразие тропинок каждого делает шире дорогу всем: ведь каждый в чем-то сильнее других».

Изучение «Слова о полку Игореве» С. А. Гуревич строил так: ученик, увлекающийся военным делом, получает задание отметить на карте путь войск князя Игоря в Половецкую степь и начертить схему расположения войск русских и половцев а первом и втором бою. Члену астрономического кружка поручается сообщение о Затмении солнца 1 мая 1185 года, упомянутом в «Слове». Любители живописи сравнивали иллюстрации к «Слову», выполненные разными художниками, знатоки поэзии достоинства и недостатки разных поэтических переводов. Умеющие лепить добрались до монографии Герасимова «Восстановление лица по черепу» и создали из пластилина скульптурные портреты князей. С. А. Гуревич отмечает, что при такой работе, в которую каждый школьник вноси! что-то свое, личное, не бывает тусклых пересказов учебника, а звучит живая детская речь.

Аналогичный педагогический прием описан в рассказе Ю. Яковлева «Я иду за носорогом».

Школьник Алексей Бочаров не блистал усердием. Он больше смотрел в окно, чем на доску, и за первые дни сентября успел получить множество замечаний. Будь они круглыми, как камешки, у него раздулись бы карманы от замечаний. Сложение, вычитание, деление, умножение никак не укладывались в его голове, как будто это были слова из другого языка. Но вот учительница рассказывает о носороге, к которому Алексей Бочаров сразу же испытывает симпатию. Он даже не замечает, как рассказ о носороге и подстерегающей его опасности превращается в арифметическую задачу: «Сколько носорогов было в стаде? И на чьей стороне оказалось превосходство, если бегемотов было восемь?»

С этого дня все мысли Алексея Бочарова были о носороге. Он бегал в зоопарк, подолгу простаивал возле клетки африканского носорога Носика и ходил сам не свой, когда толстокожий пятисоткилограммовый Носик болел. А учительница в классе давала задачи о том, сколько стаканов горячего молока и свежего меда надо, чтобы вылечить носорога, и Алексей решал эти задачи с таким увлечением, как будто это и вправду было необходимо для его друга с острыми рогами на кончике носа...

Алексей Бочаров не любил учить стихи. Они не лезли ему в голову, как он их туда ни загонял. Но учительница дала ему выучить стихотворение про маленького носорога, у которого никак не росли рожки на носу, и стихотворение улеглось в голове само собой.

Так носорог помог Алексею: мальчик научился решать задачи и учить стихи, потому что он во всех делах шел за носорогом.

Однако найти такой ключик к каждому ученику — задача почти нереальная для учителя, ведущего несколько классов с «нормальной, наполняемостью». Поэтому для связи внешкольных интересов детей с их учебной работой можно использовать общеинтересные вещи. Так, С. А. Гуревичу удалось пробудить любознательность трудного и равнодушного к учебе класса вопросом: «Кто знает, что значит ваше имя?» и заданием собрать сведения о своих именах и фамилиях.

Бенджамин Спок писал, что есть такие живые, увлекательные темы, которые можно использовать для изучения всех предметов. Такой темой для американских детей являются индейцы, Чем больше дети узнают о жизни индейцев, тем им больше хочется знать. Поэтому изучение арифметики можно связать с тем, как индейцы считали, географии — с расселением индейцев и т. д.

Чем более популярные среди детей темы использует учитель, чем теснее связан материал уроков с любимыми детскими фильмами, книгами, играми или видами спорта, тем больше вероятность «попадания» в сферу интересов каждого ученика.

ДАЛЕЕ

ОГЛАВЛЕНИЕ